Моральный вред и компенсация на преоберетние препаратов для лечения

Моральный вред и компенсация на преоберетние препаратов для лечения

С.М. Ковалевский, канд. юрид. наук, зам. нач. юридического управления филиала ОАО «СОГАЗ», г. Санкт-Петербург, доц. кафедры финансового права юридического факультета ГУ «НИУ ВШЭ» г. Санкт-Петербург

В Конституции Российской Федерации закреплено положение о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью1.

В развитии данной нормы глава II Конституции Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает, в частности, эффективную их охрану и защиту.

 В связи с этим важнейшей задачей правового государства является обеспечение справедливого, быстрого и эффективного восстановления нарушенного права и (или) возмещение причиненного вреда.

«Ежегодно от ошибок врачей в России умирает 50 тысяч человек. По данным ВЦИОМ, около 70% граждан России недовольны работой системы здравоохранения.

Официальную статистику врачебных ошибок, которые приводят к гибели пациентов, в России никто не ведет, однако, по неофициальным данным, по этой причине погибает больше россиян, чем в дорожно-транспортных происшествиях.

Ввиду отсутствия доказательной базы становится сложно определить наличие врачебной вины.»

В. С. Селезнев, депутат Государственной Думы Российской Федерации

Опираясь на Конституцию Российской Федерации, законодатель на уровне закона — Гражданского кодекса РФ — взял под охрану такую ценность человека, как моральное благополучие (ст. 151 ГК РФ), определив нравственные или физические страдания как Моральный вред, подлежащий компенсации в случае каких-либо неправомерных действий.

Однако, несмотря на имеющуюся фундаментальную законодательную базу, институт защиты морального благополучия граждан до настоящего времени вызывает массу вопросов и разночтений, а проблемы компенсации морального вреда в российском суде до настоящего времени не нашли единого подхода к решению по большинству позиций.

Особого внимания заслуживают вопросы, связанные с решением данной проблемы в системе здравоохранения РФ — отрасли, непосредственно связанной с обеспечением самого главного из неотъемлемых прав граждан, — с сохранением жизни и восстановлением здоровья человека.

Тем более, что право каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь также непосредственно закреплено в Конституции Российской Федерации (п. 1 ст. 1).

Особая сложность врачебной профессии заключается, в первую очередь, в ее высочайшей ответственности перед обществом. Врачебное искусство требует постоянной готовности выполнить врачебный долг независимо от наличия или отсутствия желания, вдохновения или усталости, поэтому столь важное значение должно придаваться созданию оптимальных условий для надлежащего выполнения врачебных обязанностей.

Обязанность врача оказывать медицинскую помощь на современном уровне медицинских знаний должна в полной мере отвечать обязанности соответствующих государственных органов не только предоставлять возможность врачу систематически повышать квалификацию, но и поощрять стремление к повышению уровня профессиональной подготовки.

Наряду с повышением требовательности к личности и авторитету врача, актуализируется проблема поднятия престижа самоотверженной и сложной профессии врача среди населения.

Важно! Взаимоотношения между врачами и пациентами не всегда основываются на высокой нравственности, т. к. здравоохранение воспринимается как отрасль обслуживания, а труд врачей, среднего и младшего персонала недооценен должным образом со стороны общества

Тема ответственности медицинских работников при осуществлении ими профессиональной деятельности становится все более актуальной, растет число претензий к медучреждениям и медработникам, увеличивается количество уголовных дел в связи с неоказанием, ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Это связано не с ухудшением качества медицинской помощи, а с низкой правовой культурой медицинского сообщества, в т. ч. и руководителей медучреждений.

В юридическом отношении медицинские правонарушения представляют собой нарушения установленных законом и ведомственными инструкциями правил поведения и выполнения медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей.

Из всех элементов системы обеспечения прав граждан на надлежащую медицинскую помощь наибольшие изменения претерпела нормативная база оказания медицинской помощи. В частности, за последние 10 лет на уровне Российской Федерации утверждено более тысячи стандартов лечения наиболее распространенных заболеваний и травм, принят Федеральный Закон от 21.11.

2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», проводится комплекс мероприятий, направленный на повышение качества услуг в сфере здравоохранения.

Однако по-прежнему в обществе сохраняется неудовлетворенность качеством и организацией медицинской помощи, что приводит к волнообразному увеличению числа исков о компенсации морального вреда (более 90% исков к медицинским учреждениям, предъявляемым со стороны пациентов и их родственников, содержат данное требование либо в качестве единственного, либо как основное).

Приступая к анализу проблем, связанных с компенсацией морального вреда, в первую очередь необходимо определить его принципиальное отличие от вреда имущественного, что, собственно, и лежит в основе проблем его компенсации.

Имущественный вред нагляден и ощутим. Возмещение имущественного вреда надлежащим образом — такое решение проблемы, как правило, полностью снимает претензии заинтересованных сторон.

В отличие от имущественного, моральный вред физически неосязаем, неощутим для постороннего человека. Он существует в двух формах: в виде физической боли, определяемой как страдания, присущей всему одушевленному миру, а также в виде душевной боли (унижение, страх, стыд), определяемой как переживания, относящейся к эмоциональной сфере, а потому свойственной исключительно человеку.

Безусловно, имеет значение и фактор длительности действия стресса. Это может быть очень краткосрочное, но интенсивное действие (чаще таким фактором бывает боль) или весьма пролонгированное во времени (изматывающие человека душевные переживания, вызванные, к примеру, вопиющей, по его мнению, несправедливостью). Степень воздействия каждого из них сугубо индивидуальна.

Время же отражения морального вреда на здоровье предугадать невозможно — от мгновенной негативной реакции до отсроченной — на месяцы и годы.

Возместить такой вред невозможно, однако его можно попытаться сгладить — в какой-то степени компенсировать, и законодатель достаточно четко определил условия компенсации морального вреда.

Значительный интерес представляет состояние законодательной базы, призванной обеспечить надлежащую охрану интересов граждан, которых можно отнести к группе риска в плане воздействия таких стрессовых факторов, как боль или переживания, — это пациенты лечебных организаций, а также их родственники и близкие.

Их права в настоящее время регламентируются вышеуказанным Федеральным законом № 323-ФЗ, вступившим в силу 01.01.2012.

В нем определены основные принципы оказания медицинской помощи — соблюдение прав человека и гражданина в сфере охраны здоровья; доступность медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи при угрозе жизни человека, а также декларирован достаточно обширный объем специфических прав и приоритетов пациента: на уважительное и гуманное отношение со стороны медицинского и обслуживающего персонала; облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и право на отказ от медицинского вмешательства, на защиту сведений, составляющих врачебную тайну, и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании медицинской помощи, и т. д.

Практика рассмотрения исков показывает, что почти все иски так или иначе непосредственно связаны с нарушениями прав пациентов, их родственников и близких, декларированных в федеральном законодательстве.

Наиболее часто иски обусловлены отказом в оказании медицинской помощи, либо в оказании медицинской помощи ненадлежащего качества.

И количество таких исков из года в год увеличивается: проблема носит системный характер.

Особо следует отметить отношение в нашей системе здравоохранения к соблюдению таких прав пациента, как информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и право на соблюдение врачебной тайны. К сожалению, нарушение данных прав встречается повсеместно, а нередко эти права попираются самым грубым образом.

Моральный вред компенсируется в соответствии с п. 1 ст. 1101 ГК РФ в денежной форме вне зависимости от наличия или отсутствия подлежащего возмещению имущественного вреда.

Но как определить степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, и которые обязан учитывать суд, определяющий размеры компенсации морального вреда с учетом соблюдения требований разумности и справедливости, если этот вред не ощутим для постороннего?

В определении адекватности оценки, по нашему мнению, в настоящее время заключается самая большая проблема при решении вопроса о компенсации морального вреда, в т. ч. при выполнении медицинского вмешательства.

Важно! Выявить действительную степень физических и нравственных страданий, зависящих от индивидуальных особенностей лица, может только специалист, в компетенцию которого входит определение психологического статуса человека и степени нанесенного ему урона. Единственным специалистом, способным справиться с этой задачей, является медицинский психолог

Только при тщательном и доскональном изучении конкретных обстоятельств дела и анализе степени страдания потерпевшего (по его собственным оценкам, по мнению его родных и близких и, главное, заключению судебно-психологической экспертизы) суд может прийти к выводу о размере присуждаемой компенсации.

Помимо данной проблемы существует еще ряд проблем, касающихся обоснования права на компенсацию морального вреда и ее размера:

  1. Статья 151 ГК РФ относит вопрос определения размера компенсации морального вреда исключительно к ведению суда. Однако Процедура рассмотрения иска и принятия по нему решения носит длительный характер (в среднем суды по данной категории дел относятся к категории сложных и длятся от 6 месяцев до 1,5 лет).
  2. Моральный вред пациенту или его родственникам вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи возмещается по общему правилу при наличии вины (за исключением случаев причинения вреда источником повышенной опасности); соответственно, если вина медицинского учреждения не установлена, вред в силу п. 3 ст. 1064 ГК РФ возмещению не подлежит.
  3. Поскольку большинство случаев ненадлежащего оказания медицинской помощи имеет место в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, финансирование которых осуществляется за счет средств бюджета, принцип реального возмещения вреда в полной мере (даже в случае установления факта и всех обстоятельств причинения вреда пациенту) реализовать невозможно ввиду отсутствия необходимых бюджетных средств.
  4. Наличие фактически действующей жесткой системы корпоративной защиты медицинских работников (при производстве экспертизы в ходе судебного разбирательства эксперты бюро СМЭ, как правило, встают на сторону медицинских учреждений, что в отсутствии у судей медицинского образования гарантированно означает отказ в удовлетворении исковых требований пациентов (их родственников) о возмещении вреда, причиненного оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества).
  5. И наконец, суды, даже принимая положительные решения, возмещают пациенту только прямой действительный моральный вред, поскольку в ГК РФ, в отличие от гражданского законодательства других стран (в частности, Италии) не предусматривают возможности компенсации за так называемый «упущенный шанс» (по существу, являющийся аналогом упущенной выгоды при причинении вреда имуществу) — невозможность реализации пациентом своих установленных планов и желаний.

Журнал «Здравоохранение» №2 февраль 2015г.

Компенсация морального вреда за жизнь и здоровье: пути решения проблем

Обсуждая проблемы правоприменительной практики в сфере компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью и жизни человека, хотелось бы обратить внимание на наиболее острые.

Первая проблема: размеры взыскиваемых судами сумм компенсаций значительно отличаются, отсутствует единообразный подход к их определению. Так, один судья за смерть человека может взыскать в пользу родственников компенсацию в 5000 руб., другой – 8,5 млн руб. Такой значительный разброс в размерах взыскиваемых сумм не создает для потерпевшего и причинителя вреда определенности.

Читайте также:  На что я могу рассчитывать: я мать одиночка, имею дочь 3 лет. Живу в г. Арзамасе Нижегородской области

Вторая проблема – сложность доказывания тяжести нравственных страданий потерпевшего. Это приводит к тому, что суды не дают им должной правовой оценки.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г.

№ 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью» суды при определении размера компенсации должны учитывать индивидуальные особенности лица, которому причинен вред, степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства каждого дела.

Однако на практике все обстоит иначе – суды к вопросу определения размера компенсации морального вреда подходят формально, без учета степени нравственных страданий конкретного потерпевшего. В моей адвокатской практике был случай (2018 г.

), когда учитель музыки после перелома руки и черепно-мозговой травмы, полученных в результате ДТП, стала профессионально непригодной и вынуждена была уйти с работы. Ей необходимо будет осваивать иную профессию, кардинально изменить жизнь.

В данном случае нравственные страдания потерпевшей не равны страданиям другого профессионала, которому не требуется виртуозность рук.

Третья проблема связана с тем, что причинители вреда жизни и здоровью нередко уклоняются от выплаты взысканного судом возмещения и компенсации морального вреда. По роду деятельности в МОД «Союз пешеходов» я часто сталкиваюсь со случаями причинения вреда здоровью пешеходов по вине водителя. Потерпевший может оказаться единственным кормильцем в семье.

В итоге он попадает в больницу, несет дополнительные расходы на лечение, теряет трудоспособность и т.д. Единственным источником дохода для семьи потерпевшего могут в таком случае оказаться только взысканные с виновника ДТП суммы на возмещение вреда здоровью и компенсацию морального вреда.

В случае уклонения виновником ДТП от выплаты потерпевший оказывается в еще более затруднительном материальном положении.

Такая ситуация возникла с тремя пешеходами, здоровью которых в результате ДТП был причинен тяжкий вред. Один из них, в частности, потерял способность передвигаться. Суд взыскал компенсацию вреда в размере порядка 800 тыс. руб., однако виновник эту сумму не возместил из-за отсутствия средств.

На сегодняшний день злостные неплательщики не несут ответственности за уклонение от исполнения судебных решений. Единственное, что могут сделать судебные приставы – применить в отношении указанных лиц ограничительные меры: на выезд за границу, на пользование должником специальном правом.

Однако данные меры, как показывает практика, не мотивируют должников выплачивать присужденные суммы – кто-то вовсе не выезжает за рубеж, кто-то не имеет водительских прав или уже лишен их и т.д.

Кроме того, если у должника не найдут имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом допустимые законом меры по отысканию его имущества окажутся безрезультатными, Исполнительный лист будет возвращен потерпевшему.

Четвертая проблема – затруднительность судебного процесса для самих потерпевших.

Когда предполагается невысокая сумма возмещения, потерпевшие зачастую отказываются обращаться в суд из-за предстоящих расходов на адвоката и необходимости участия в многочисленных судебных заседаниях.

По этой причине люди, получившие легкий и средней тяжести вред здоровью, нередко остаются без компенсации.

Полагаю, решить перечисленные проблемы помогут внесение изменений в законодательство, регулирующее указанную сферу, а также разъяснения ВС РФ.

Так, для устранения разброса в размерах компенсации целесообразно, на мой взгляд, установить минимальный размер, исходя из степени тяжести вреда здоровью и формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность, отсутствие вины). Минимальный размер компенсации морального вреда должен зависеть от степени физических страданий.

  • Эта минимальная сумма затем увеличивается на компенсацию за нравственные страдания, оцениваемые судом индивидуально для каждого пострадавшего по установленным критериям.
  • Таким образом, для минимального размера компенсации:
  • телесные повреждения – А (сумма), легкий вред здоровью – В (сумма), средней тяжести вред здоровью – С (сумма), тяжкий вред здоровью – Д (сумма), смерть – Е (сумма).
  • Форма вины будет выступать в качестве повышающего коэффициента (например, отсутствие вины – 1, неосторожность – 1,5, умысел – 2).

Рассмотрим на примере. Совершен наезд на пешехода, причинен тяжкий вред здоровью, вина водителя отсутствует.

Размер компенсации в таком случае составит: Д * 1 = Д руб. за физические страдания.

Также следует установить критерии свыше минимального размера для определения степени нравственных страданий потерпевшего.

Необходимо привлечь специалистов в области психологии и психиатрии, которые смогут выработать общие критерии для определения тяжести нравственных страданий, их длительности, что впоследствии позволит установить денежный размер компенсации за нравственные страдания.

Для решения проблемы сложности доказывания нравственных страданий необходимы новые разъяснения Пленума ВС, устанавливающие критерии оценки степени физических и нравственных страданий (например, как изменилась жизнь потерпевшего после причинения вреда здоровью, характер отношений между потерпевшим, родственником и погибшим и т.п.), обязывающие суды при рассмотрении данной категории дел оценивать каждый критерий и отражать оценку в решении, а также предусмотреть возможность проведения (судебной) психологической экспертизы.

Для гарантии прав потерпевших на получение взысканных судом сумм на возмещение вреда здоровью и жизни и компенсацию морального вреда необходимо ввести административную и уголовную ответственность за уклонение от уплаты возмещения по аналогии с неуплатой средств на содержание детей и нетрудоспособных родителей (ст. 5.35.1 КоАП РФ, 157 УК РФ).

Кроме того, при установлении минимальной суммы компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью необходимо включить указанные споры (если требования составляют не более 500 тыс. руб.) в категорию дел, по которым выдаются судебные приказы.

Потерпевший без участия в судебных заседаниях сможет взыскать минимальную компенсацию.

Для расчета суду будет достаточно медицинской экспертизы по определению степени вреда здоровью и акта должностного лица (судебного акта) о привлечении либо непривлечении причинителя вреда к ответственности.

Полагаю, что предложенные меры помогут гарантировать потерпевшему получение достойной, а не номинальной компенсации морального вреда.

Потерпевший и причинитель вреда, зная минимальную сумму компенсации и критерии, влияющие на ее увеличение, будут тем самым мотивированы заключить во внесудебном порядке соглашение (которое можно будет заверить у нотариуса). В этом случае отпадет необходимость обращаться в суд, поскольку сумма будет определена.

В настоящее время досудебное разрешение споров о размере компенсации морального вреда маловероятно, поскольку стороны не могут договориться в связи с большим разбросом между минимальным и максимальным возмещением – потерпевший рассчитывает на большее и идет в суд, причинитель не платит до суда, так как надеется, что суд взыщет меньше.

При наличии определенности по сумме им станет невыгодно затевать судебный процесс и нести соответствующие издержки.

Помимо этого, в случае нотариального заверения соглашения при его неисполнении потерпевший может обратиться к нотариусу для совершения им исполнительной надписи, что приравнивается к исполнительному документу и станет основанием для возбуждения исполнительного производства в отношении ответчика без судебного процесса.

Введение минимальной суммы компенсации также сделает возможной выдачу судебного приказа по данной категории требований, не превышающих 500 тыс. руб., что также значительно разгрузит суды. Для этого потерпевшему достаточно будет приложить к заявлению заключение судебной медицинской экспертизы и документы, подтверждающие наличие или отсутствие вины.

В заключение отмечу, что угроза реального лишения свободы при злостной, без уважительных причин неуплате присужденного возмещения вреда здоровью и жизни, а также компенсации морального вреда послужит мотивацией к исполнению решений судов.

Проблемы взыскания морального вреда по спорам, связанным с оказанием медицинской помощи — Мониторинг правоприменения

Часть 1 «Проблемы определения размера компенсации морального вреда гражданам, отбывающим наказание в местах лишения свободы, как способ защиты при нарушении права на оказание медицинской помощи»

Анализ судебной практики показывает, что при реализации прав граждан, отбывающих наказание в местах лишения свободы, на компенсацию физических и нравственных страданий при неоказании им медицинской помощи или при ненадлежащем уровне оказания медицинской помощи возникают многочисленные правовые проблемы, связанные как с особенностями применения норм института компенсации морального вреда (ст. ст. 151, 1099, 1100 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и в связи с особым статусом истца. Для анализа правоприменительной практики по заявленной теме были исследованы решения 20 апелляционных судов общей юрисдикции по гражданским делам за период с «01» января 2018 года по «27» ноября 2019 года в части правовых проблем, возникающих при определении размера компенсации морального вреда истцам, отбывавшим наказание в местах лишения свободы, при неоказании им медицинской помощи либо оказании ненадлежащей/некачественной медицинской помощи.Поиск судебных решений осуществлялся с использованием базы судебных актов на сайте Судебные решения.РФ (http://судебныерешения.рф).

В результате были выявлены следующие правовые проблемы и особенности правоприменительной практики: Во-первых, по делам о взыскании компенсации морального вреда в связи с некачественным/ненадлежащим оказанием медицинской помощи Истец (пациент) обязан доказать факт наличия своих страданий и то, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, а ответчик (медицинская организация) правомерность своего поведения и отсутствие своей вины как в причинении вреда здоровью, так и в причинении морального вреда при оказании медицинской помощи (Определение Верховного Суда РФ от 14.11.2017 №84-КГ17-6). Однако несмотря на то, что судам известно, что бремя доказывания установлено указанным образом, оно не всегда правильно распределяется судами первой инстанции между сторонами. Значительная часть решений, отмененных на уровне апелляционной инстанции, содержит очевидные незаконные ухудшения положения истца в процессе, где на истца возложена обязанность доказать наличие вины ответчика в причиненном истцу вреде здоровью. В продолжение данной мысли обратимся к следующей проблеме.

Читайте также:  Долг по исполнительному листу: решение суда на выплату денег за проданную квартиру было получено года

Во-вторых, мною сделан вывод о том, что многие суды неправильно оценивают представленные истцом доказательства, что в конечном счете приводит к отказу в удовлетворении исковых требований судом первой инстанции и к затягиванию процесса путем пересмотра решения судом апелляционной инстанции.

Весьма распространенным основанием для отмены решений судов первой инстанции является неверная оценка приведенных истцом доказательств (будь то совокупная оценка доказательств либо признание заключения специалиста по экспертизе допустимым доказательством по мотиву того, что оно основано на копиях медицинских документов, которые в установленном законом порядке не истребовались с лечебного учреждения). Таким образом, судам первой инстанции при рассмотрении данной категории дел рекомендуется предварительно внимательно знакомиться с решениями судов апелляционных инстанций для предотвращения типичных ошибок, ведущих к отмене решения в апелляции, и для соблюдения принципа процессуальной экономии. Однако здесь возникает взаимосвязь с другой правовой проблемой. Формироваться правоприменительной практике и мнению судей мешает то, что по непонятным причинам при опубликовании в открытом доступе решений судов общей юрисдикции из решений часто убираются данные, связанные с размером присужденной и требуемой компенсаций, перенесенными истцами заболеваниями, часть информации из экспертных заключений, что делает невозможным точный анализ правоприменительной практики и последующие выводы из нее. Очевидным является то, что судам требуется анонимизировать совершенно иную категорию информацию, а именно, ту, которая может скомпрометировать лиц, участвующих в деле, раскрыть их личные данные или даже саму их личность, но никак не самую важную для формирования практики – о размерах присужденных компенсаций и наличии взаимосвязи между характером причиненных страданий и размером их компенсаций.

В-третьих, законодательно не установлены конкретные размеры, взыскиваемые судами в качестве компенсации морального вреда при доказанности факта его причинения. Законом предусмотрены лишь критерии, которые используются судами, исходя из правосознания судей, их жизненного опыта и обстоятельств конкретного дела.

В текстах проанализированных судебных решений неоднократно подчеркивался тот факт, что вопрос о соответствии определенного судом размера компенсации морального вреда принципам разумности и справедливости носит оценочный характер. Суды обосновывают указанными фразами любой размер присуждаемой компенсации.

Полагаю, что отсутствие объективных критериев оценки причиненного морального вреда истцу в конечном счете приводит как к расхождению в суммах, определяемых судами за причинение морального вреда по однородным гражданским делам (будь то неоказание медицинской помощи либо оказание ненадлежащей/некачественной медицинской помощи), так и к нарушению принципа правовой определенности, согласно которому должны соблюдаться ясность и постоянство в правовом положении субъектов. Помимо прочего, возможно предположить, что жизненный опыт и мировоззрение судей по гражданским делам не позволяют им должным образом оценить действительный уровень страданий, причиненный истцам, искренне посочувствовать их положению, проявить эмпатию. Следовательно, представляется возможным предложить законодателю сделать категорию дел о компенсации морального вреда гражданам при причинении вреда их жизни или здоровью предметом рассмотрения суда присяжных заседателей с целью более справедливого и «народного» вынесения решения о размере присужденной компенсации.

В-четвертых, в проанализированной судебной практике отсутствует взаимосвязь между характером и степенью тяжести причиненных истцу страданий и размером присужденной компенсации морального вреда, а также обоснование снижения заявленных требований истца до присужденных в итоге размеров.

Так, в одном из решений при доказанном нарушении права истца на охрану здоровья и медицинскую помощь, выразившимися в несоблюдении порядка и стандартов оказания медицинской помощи по ряду заболеваний (сахарный диабет 1 типа, инсулин зависимый, артериальная гипертензия, язва желудка, гастрит, туберкулез легких, ухудшение зрения), судебная коллегия посчитала разумным и эффективным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей без каких-либо обоснований причин снижения заявленных требований, тогда как истец требовал взыскания компенсации в размере 1 000 000 рублей. В другом деле судебная коллегия оставила без изменения решение суда первой инстанции: взыскать с ФСИН за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей в связи с ненадлежащим оказанием истцу по вине сотрудников ФСИН России медицинской стоматологической помощи, выразившейся в непрофессиональных действиях врача при удалении зуба, которые привели к острой головной боли, потере сна, затруднению приема пищи и т.д., тогда как истец просил удовлетворить Иск о компенсации морального вреда в размере 25 000 рублей. Судебная коллегия отмечает, что при вынесении ею решения об оставлении без изменения размера компенсации морального вреда была учтена степень перенесенных истцом нравственных страданий в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Таким образом, сопоставив нарушение порядка оказания медицинской помощи по ряду тяжелых заболеваний и дефекты оказания медицинской помощи при удалении зуба, а также требования в размере 1 000 000 рублей и 25 000 рублей становится понятно, что для судов разный уровень как физических, так и нравственных страданий, претерпеваемых истцами, является приблизительно равным в денежном эквиваленте (что в принципе говорит о возможности конвертации страданий в определенный размер денежных средств), а также принципиально отличным от размеров, первоначально требуемых истцами (об отсутствии эмпатии упоминалось в предыдущей правовой проблеме) и, очевидно, незначительным, что плавно перетекает в следующую правовую проблему.

В-пятых, несмотря на то, что в состоянии здоровья истцов по доказанной вине ответчиков наблюдались негативные изменения, а также наличествовали моральные страдания истцов, размер компенсации морального вреда является незначительным. Наибольший размер присужденной судом компенсации составляет 20 000 рублей, тогда как минимальный равняется 1 000 рублей.

Полагаю, что несмотря на то, что все суды, по сути, делают отсылки к принципам разумности, справедливости и к тому, что определение размера компенсации носит оценочный характер, тем не менее, размер компенсации должен быть достаточно эффективным для адекватного возмещения причиненного вреда.

Идеальная модель компенсации морального вреда – достойная сумма, позволяющая загладить негативные переживания истца, причиненные ему по вине ответчика. Также размер компенсаций должен носить устрашающий характер, заставляя нарушителей быть более внимательными, осмотрительными и уважительными по отношению к правам граждан.

Кроме того, так как на территории Российской Федерации категория дел, где в качестве истца выступает лицо, отбывающее наказание в местах лишения свободы, не является редкостью, установление значительных размеров компенсаций морального вреда привело бы к более внимательному и уважительному отношению к пациентам со стороны медицинского персонала лечебных учреждений на территориях исправительных колоний, которые, очевидно, в зачастую не соблюдают этические, деонтологические нормы, должностные обязанности, а также права пациентов.

В-шестых, участие истца, отбывающего наказание в местах лишения свободы, в рассмотрении дел судами первой и последующей инстанций значительно затруднено по ряду обстоятельств.

Так, зачастую истец не способен участвовать в процессе вследствие отсутствия технической возможности осуществления видеоконференц-связи (вследствие временных технических неполадок либо же в силу отсутствия возможности провести видеоконференц-связь в здании конкретного суда в целом) или же по причине того, что суды ожидают от истца заявления ходатайства об участии в видеоконференц-связи, не проявляя инициативу в информировании его надлежащем образом о подобной возможности. Представляется, что для полноты соблюдения прав граждан, отбывающих наказание в местах лишения свободы на судебную защиту нарушенных прав, необходимо не только улучшить технические возможности судов (даже в самых отдаленных и малообеспеченных регионах страны) для того, чтобы обеспечить истцов возможностью принимать участие в ходе процесса, но и обязать судей информировать истцов об их праве участия в процессе указанным образом. Помимо этого, невозможно не отметить, что в четырех из двадцати проанализированных судебных решениях несмотря на требования, закрепленные ч. 3 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций отсутствовал Прокурор, дающий заключение по делам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Посредством этой формы участия в процессе прокурор вправе, но не обязан участвовать в уже начавшемся гражданском судопроизводстве для дачи заключения по вопросу компенсации морального вреда, причиненного здоровью. Полагаю, что так как заключение прокурора не предопределяет позицию суда по конкретному делу, а должно быть основано в результате установления фактических обстоятельств, а также беспристрастного, всестороннего и полного исследования всех материалов дела и доказательств, изменение права прокурора на вступление в процесс на его обязанность участвовать в нем привело бы к реализации общеправового принципа справедливости и отсутствию дискриминации по отношению к определенным истцам. Дискриминация выражена в том, что при обращении с однородными исковыми требованиями у каких-то истцов представители прокуратуры принимают участие в процессе, а у каких-то – нет, и это делает несправедливым и неравным рассмотрение одинаковых категорий дел с особым статусом истцов, где меньшие гарантии имеются у истцов, в чьих процессах не участвовал прокурор.

Подводя краткие итоги проведенного мониторинга, следует отметить, что анализ 20 судебных решений выявил серьезный пласт правовых проблем, напрямую влияющих на реализацию конституционных положений (например, права на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц – ст. 53 Конституции РФ) и ряда положений Гражданского кодекса РФ о компенсации морального вреда. На мой взгляд, разработка обнаружившихся проблем должна продолжаться на более глубоком и широком уровнях, с увеличением масштаба исследуемых актов во времени и в количестве, а также с привлечением доктринальных позиций об определении размера компенсации вреда для составления в последующем подробных рекомендаций, которые могут быть использованы и законодателем, и правоприменителями.

Часть 2 «Проблема определения размера компенсация морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания стоматологической помощи»

Читайте также:  Арестованное авто: а арест наложен пару недель назад. у хозяйки долг суд. приставам

Денежная компенсация за лекарства в 2021 году

  • Содержание:
  •  
  • i viewfinder / Shutterstock

Как отказаться от выдачи лекарств и заменить ее денежной компенсацией

Право на получение денежной компенсации за лекарства тесно связано с получением от государства определенного набора социальных услуг. Список получателей этого набора определен Федеральным законом от 17.07.1999 года №178-ФЗ «О государственной социальной помощи», в нем же определяется и стоимость социальных услуг. 

При этом государство предоставляет гражданину, относящемуся к одной из льготных категорий, право выбора: получать или социальные Услуги, или оформить отказ от лекарств в пользу денежной компенсации.

Отказаться от выдачи лекарств и получать вместо них деньги очень просто: надо написать заявление об отказе от социальных услуг и выборе денежной компенсации и подать это заявление в Пенсионный фонд России (ПФР) лично, через МФЦ (многофункциональный центр), по почте или через Единый портал государственных услуг. 

Мнения специалистов по поводу замены лекарств денежной компенсацией

Денежная компенсация за бесплатные лекарства не всегда оправдана. Дело в том, что с февраля 2020 года стоимость денежной компенсации полного набора социальных услуг составляет 1 155,06 рубля, в том числе 889,66 рубля полагается в качестве компенсации за лекарства, 137,63 рубля — за санаторно-курортное лечение и 127,77 рубля — за проезд на железнодорожном транспорте. 

Как мы понимаем, в реальности затраты на все перечисленные цели могут составлять гораздо большие суммы. Если человек реально нуждается в лекарствах, то 889,66 рубля могут отнюдь не покрыть его потребность в фармацевтических препаратах. 

В этом случае замена лекарств денежной компенсацией будет невыгодным решением: на покупку лекарств в аптеках уйдет гораздо больше средств, чем вы получите, выбрав отказ от денежной компенсации за лекарства. 

Например, стоимость лечения отдельных категорий больных может составлять от нескольких сотен тысяч рублей до миллиона рублей в год, и, выбирая отказ от бесплатных лекарств в пользу денежной компенсации, льготник не понимает, что обрекает себя на очень серьезные проблемы, поскольку затем все это лечение придется оплачивать из собственного кармана или оставаться без лечения в случае отсутствия на него средств. 

Как восстановить право на получение лекарств

Восстановить право на получение социальных услуг от государства, включая и лекарственные препараты, можно столь же простым способом, как и отказаться от лекарств. Для этого до 1 октября текущего года необходимо подать заявление в Пенсионный фонд России.

  1. Сделать это можно лично в приемной территориального отделения ПФР, либо через Единый сайт государственных услуг или через Многофункциональный центр (МФЦ), а также отправив заявление в ПФР по почте. 
  2.  
  3. Stasique / Shutterstock

Пособия, выплаты и льготы семьям, имеющим детей в 2021 году Как получить выплаты россиянам в 2021 году

Что такое налоговый вычет за лечение

Под налоговым вычетом за лечение в Российской Федерации понимается возврат части налога на доходы физических лиц (НДФЛ) при получении медицинских услуг. К этим услугам, кстати, относятся и стоматологические услуги, которые являются довольно дорогими. 

Само собой, получить налоговый вычет за лечение могут лишь плательщики НДФЛ, индивидуальные предприниматели и самозанятые, если только они не работают где-то в качестве наемных работников, к этой категории не относятся. 

Налоговый вычет полагается за оказанные налогоплательщику, его супругу или супруге, родителям, несовершеннолетним детям и подопечным медицинские услуги, а также за любые лекарства, назначенные врачом, за страховые взносы по договору добровольного медицинского страхования. 

Как оформить налоговый вычет за лечение

Для получения налогового вычета необходимо подать заявление в налоговый орган или работодателю.

Для этого потребуется заполнить декларацию о налогах по форме 3-НДФЛ, представить подтверждающие документы, включая квитанции и чеки о покупке лекарств, рецепты врача, квитанции об оплате лечения в клинике.

Все эти документы должны быть предоставлены в налоговый орган или работодателю, который затем вычтет сумму налогового вычета из вашей заработной платы. 

Какие есть ограничения по налоговому вычету

Во-первых, налоговый вычет можно получить лишь в том случае, если вы являетесь плательщиком НДФЛ. Но тот же индивидуальный предприниматель может оформить налоговый вычет за свое лечение на жену или сына, если они являются плательщиками НДФЛ. 

Поэтому воспользоваться налоговым вычетом можно не только в том случае, если вы являетесь налогоплательщиком, но и если налогоплательщиком является ваш ближайший родственник, которому в этом случае необходимо выступить в роли лица, оплатившего ваше лечение. 

Во-вторых, налоговый вычет выплачивается в размере 13% от потраченной на лечение суммы, но лишь в том случае, если эта сумма не превысила 120 тыс. рублей. Исключения сделаны для сложных и дорогостоящих операций.

В-третьих, вернуть в течение года Гражданин может лишь сумму, уплаченную им в качестве налога с доходов физического лица, то есть нельзя, уплатив 40 тыс. рублей налогов, вернуть 50 тыс. рублей налогового вычета в течение одного года. 

Какие медицинские услуги позволяют получить налоговый вычет

Предоставление налогового вычета возможно в тех случаях, если гражданин оплатил приобретение лекарственных препаратов, выписанных врачом, или получил медицинские услуги по лечению заболеваний, включая и стоматологические услуги, и санаторно-курортное лечение.

Список медицинских услуг, за оплату которых гражданин может получить налоговый вычет, содержится в постановлении правительства РФ от 08.04.2020 № 458. 

В этом списке есть два раздела. В первый раздел входят медицинские услуги, за которые получается вычет не более 120 тыс. рублей. Это, к примеру, оплата УЗИ, анализов, санаторно-курортного лечения.

Второй раздел включает в себя виды дорогостоящего лечения, при котором сумма налогового вычета не ограничена и определяется расходами налогоплательщика.

Сюда входит дорогостоящее лечение зубов, лечение бесплодия методом ЭКО и так далее. 

 

Tyler Olson / Shutterstock

Какие граждане имеют право на получение лекарств или денежной компенсации

Правом на получение денежной компенсации вместо лекарств обладает несколько категорий граждан. Они делятся на федеральных и региональных льготников. 

Инвалиды

В первую очередь право на денежную компенсацию вместо лекарств имеют инвалиды всех групп, инвалиды войны. Они имеют право на бесплатное обеспечение лекарствами в соответствии с перечнем приложения №2 распоряжения Правительства РФ от 12 октября 2019 года № 2406-р. Сюда же относятся и дети-инвалиды. 

Ветераны Великой Отечественной войны

Участники Великой Отечественной войны, приравненные к ним лица, ветераны боевых действий, жители блокадного Ленинграда, члены семей ветеранов войны, погибших на фронте или умерших от ранений, также имеют право на получение бесплатных лекарств. 

Дети до трех лет и дети с инвалидностью до шести лет

Дети до трехлетнего возраста, дети с инвалидностью до шести лет, дети из многодетных семей до шести лет имеют право на бесплатное обеспечение лекарствами во многих регионах России — это категория региональных льготников. 

Люди с хроническими заболеваниями

Лица, имеющие хронические заболевания, но при этом не имеющие инвалидность, в ряде регионов РФ обладают правом на получение набора лекарств по льготной стоимости в 50% от цены или денежной компенсации вместо лекарств. 

Чернобыльцы

Участники ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС относятся к федеральной категории льготников. К ним приравниваются и все другие лица, пострадавшие в результате аварии на Чернобыльской АЭС, а также вследствие испытаний на Семипалатинском полигоне.

Пенсионеры

Лица, достигшие пенсионного возраста, в определенных условиях имеют право на получение льготных лекарств или на замену лекарств денежной компенсацией. Данная льгота носит региональный характер.

К группе региональных льготников относятся также те пенсионеры, которые имеют статус тружеников тыла.

Они также могут рассчитывать на льготное получение лекарственных средств, при необходимости — на частичную компенсацию их стоимости. 

Фото на обложке: Valeri Potapova / Shutterstock

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *